Сочинение "Война и мир" Л.Н. Толстого
С удовольствием. Вот ваш текст:
---
Война и мир
Лев Николаевич Толстой
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
"Ну, князь, Генуя и Лукка стали не более как уезды семейства Бонапарте. Нет, я вас предупреждаю, если вы мне не скажете, что война неизбежна, если вы еще позволите себе защищать гадости, все подлости, тиранию ваших Антихристов (на мой взгляд, это единственный так называемый хороший человек, кто был с людей), – я вас не знаю, и вы уж не будете больше моего друга, не будете моего верного раба, как вы говорите, раб, раб, раб..."
Тетка моя замолчала, не имея сил высказаться, что сердцеведочная мысль ее заключалась в том, что временами она совсем не уверена в Князь-Папеньке нашем, не уверена в его стремлениях.
Война! этот монстр, который пожрал столько душ, продолжал бушевать, разрушать, искивать все святое и драгое, и люди, с умиленным выражением на лице, следили один за другим ему в след, вновь и вновь посылая письма о проклятом мире, о мире, который когда-нибудь должен был настать.
Они разлетались как золото на пыль, а души все гнали, гнали вперед к горизонту далекого конца, к чему-то неопределенному, чуть уловимому, теплому в своей бездонной необъятности.
Андрей Болконский, с его невыразимой тоской в глазах, встречал каждый восход солнца как новый знак несбыточной мечты, стертый и выгоревший за долгие месяцы. Он мечтал о мире, но его руки твердо держали шпагу, не позволяя ей ослабевать даже на мгновение. Его сердце билось в унисон с ритмом сражений, развеянных по всей стране.
"Мир", – про себя думал он, – "Когда же настанет тот долгожданный мир, о котором говорят все эти люди? Когда же настанет время покоя и солнечной радости, без теней войны?"
Между тем, Пьер Безухов, друг его, все глубже погруженный в свои мысли и сомнения, искал свои пути в лабиринте жизненного пути и своих проблем. Его подаренный титулом земельный удел становился не просто ношей, а символом его места в новом обществе.
Эти две судьбы, словно льдины в бурном океане событий, пересекались и скользили по поверхности надежд и ожиданий, оставляя вокруг себя следы раненых сердец и смятых душ.
"Мир?" – вскрикивал Андрей. – "Что такое мир? Тяжесть на сердце или легкость бытия? Спасение или приговор?" С этими мыслями они шли вперед, в гуще жестоких сражений и горечь поражений.